ДругоеКофейные люди

Зачем я пью кофе, если я его не люблю?

«Вот идет Аня, срочно ставим кофе». Или: «Вот идет Аня, большая любительница кофе, сейчас мы ее угостим классным эспрессо». Никто так не говорит – потому что я не люблю кофе так, как, например… лимонад. Тем не менее лимонад я пью десять раз за сезон, а кофе ежедневно по многу раз. Зачем же я пью кофе, если я его не люблю?

Я могу жить без него, есть без него, читать без него и смотреть сериал, а как я сплю без него – вам не передать! Вот что я действительно люблю – так это свою латунную турку и длинную ложечку с витым черенком. Сварить кофе – значит снова побыть в компании прекрасных вещиц, присоединив к ним фарфоровую пару, можно даже под настроение разную. Кстати, о настроении. Упадет оно или поднимется без кофе – над этим еще надо подумать. А думать лучше всего сначала в ожидании пенки над этой самой туркой, а потом над самой пенкой, разрушая ее парой капель ледяной воды перед низвержением в чашку. Главное, не думать о вкусе того, что пьешь.

Потому что вкус кофе – это отдельная категория, метафизическая, разумеется, как вкус водки. То есть налицо вдохновенные переживания над пустотой – полным отсутствием вкуса, который с успехом заменяет запах (кофе – чемпион запаха), жар и… ритуал. Не надо меня разубеждать – я все равно не пойму, как горечь, кислота (в лучшем случае терпкость) и мгновенный скачок давления могут доставлять удовольствие. Но именно его я жду, заботясь о лакуне для кофейного подноса в районе своего компьютера. Когда буксует строка или список дел претендует на полнокровный верлибр, я думаю: а давно я не пила кофе… И я опять иду на кухню, оправдываясь очевидной зависимостью, а на самом деле выгораживая лень и сибаритство.

Warehousing coffee in dry zones can mean loss of moisture content. Tembo warehouse uses misters to maintain stable humidty

«Зайди на чашку кофе» давно перестало быть приглашением на кофе. Кофе подразумевает интимность (больше, чем чай – вы заметили?) и одновременно исключительность разговора. Мы как бы одной ногой в вольере аристократии. Может, потому что он дороже? Кофе дороже чая, я имею в виду. И корыстный организм, который мог бы, конечно, еще пошевелить поршнями, регулярно вспоминает о своем праве на эту микстуру и начинает зябнуть и скулить, пока не потянет заветным ароматом.

Кофе-брейк есть, а чай-брейка нет, за кофемашины уже взялась Apple, а у чая один самовар в анамнезе. Никто до сих пор не сакрализовал бесспорно полезный свежевыжатый сок или родниковую воду – а кофе сколько угодно. Что это значит? Это значит, что образ кофе манипулирует нами. «Ну и что это за квартал – кофе негде попить!» – то есть негде сесть и на двадцать минут забить на все. Между прочим, на Гаити уже двухлетним детям дают кофе. Такой первый прикорм. А отчаянный вопль нуждающихся переводится дословно так: «Да мне ребенку не на что кофе купить!»

А мы – пока есть на что – будем пить его в любом возрасте и в любом шалмане, потому что кофе – это свобода. Свобода нашего времени и пространства, индульгенция на безделье и на сверхурочные, наша связь с настоящим, а если мы на Гаити – с будущим.

Автор: Анна Аркатова

поэт, лауреат Международного литературного Волошинского конкурса, автор трех поэтических книг. Публикуется в журналах «Знамя», «Новый мир» и других.

Оставить комментарий